Умрут последние надежды,
И злостью смоет весь туман.
Не станет больше так, как прежде, —
Всё это лишь иллюзии, обман.
Трави всю слабость без остатка,
Чтоб выстоять назло всему.
Иди вперёд уверенно и без оглядки.
Твой путь не ведом никому.

Ты веришь в разное и много,
Ты слушаешь нужду других.
Хоронишь сам себя убого
Среди желаний и идей больных.
Ты научился принимать всё,
Смирился с данностью пути.
Но где-то теплится внутри ещё
Надежда обретений впереди.

Ты веришь в разное и много,
И превращаешься в скалу.
Ты часть пейзажа уже долго,
Забыв бунтарство и борьбу.
Там далеко, за горизонтом,
Ты всё же видишь ориентир.
И путь к нему — не за порогом:
В тебе самом, где целый мир.

Надеюсь, существует в этом мире
Улучшенная версия меня,
Которая не ошибается в порыве,
Столь откровенном для себя.

Которая решительна, спокойна
И рассудительна всегда.
Которая обычно собой довольна,
Доводит до конца свои дела.

Которая не знает сожалений
И держит страсти все в узде,
И не испытывает сомнений,
Не копит недовольство всё в себе.

Та версия растёт в своих познаниях
И стойко держит марку без прикрас,
Не растворяется в непонятных ожиданиях,
Улавливает истину ложных фраз.

И бескорыстно, без обмана
Всё проживёт в отмеренные дни —
Не ради набитого кармана,
Ни ради золота на обочине в грязи.

Надеюсь, существует в этом мире
Улучшенная версия меня,
Которая выживет в порыве
Свободы от устоев бытия.

Бесконечное тянется долго,
Обрывается криком миг.
Всё нейтральное — ни мало ни много,
Что достиг и чего не достиг.

Всё бесценное продано даром,
За ценой — другая цена.
Вера прячет реальность туманом,
А без веры цель не видна.

Наш портрет — слова и привычки,
Верность прячет скелеты в шкафу,
И сомненье подбирает отмычки
Столь умело к любому замку.

Где ответы — не всегда есть вопросы,
Где вопросы скрывает ложь,
Правда и истина просто похожи,
Справедливость — обоюдоострый нож.

Смерть — доступное лекарство от старости.
Жизнь — начало любого конца,
Все закономерности и странности,
Самый ценный подарок Творца.

Крылатый ветер облетел
Весь шар земной и заблудился.
Понять такое не сумел,
Задумался и остановился.

Как это может быть вообще?
Что за абсурд здесь правят балом?
Как будто ветер не в себе,
Где в неизвестности летал он.

Крылатый ветер растерялся,
Все мысли сдуло, будто дым.
А он один без них остался,
Хотя он просто в небесах парил.

Всегда в движении, без сна,
Без карт, маршрутов и без цели,
Пускай зима, пускай весна.
Счёт времени не ведает потери.

Так почему же? Отчего
Он заблудился? Непонятно.
До края света далеко,
И крылья не летят обратно.

Крылатый ветер понял всё:
Откуда груз чужих сомнений?
Как чужеродное звено
Пленяет крылья без движений.

И мира неразумный сын
Развеял прочь все мысли-цепи,
И без сомнений просто взмыл
В ультрамарин небесной степи.

Где разум есть — забыт покой,
Где мысли есть — сомнений червь
Тебя найдёт, хоть волком вой,
И будет будоражить нерв.

Меняется время и люди,
Вчерашнее забыто сном.
Правдивые ранее судьи
Лжецами оказались потом.
Жизнь превращается в пепел,
Сгорая в пожарах дней,
Который развеет ветер,
Потушив миллионы огней.
Мы все с земли восставали
И в землю вернёмся ещё.
От знаний ущербных устали,
Взвалив на себя громадьё
Ненужных, навязанных истин,
Что спать не позволят в ночи.
И мы закольцовано мыслим,
Хотя всё ушло. Не ищи.
Уйдёт ещё больше моментов,
Людей, эпох и миров.
Уйдёт даже суть элементов
И смысл дарованных слов,
Что тебя давно создавали,
Растили тебя не спеша.
Ты тоже уйдёшь с годами,
Что тебя стерегут, не щадя.

Вокруг всё сжимается, меньше пространства.
Всё быстро меняется, нет постоянства.
Крутится шар в пространстве космическом,
Да я и сам с ним кручусь феерически.

Бегают мысли тараканами по полу,
Планы повисли — больше не лезет всё в голову.
Крики эмоций, цепляясь, проносятся мимо.
Это всего лишь этап, чтобы дальше жить счастливо.

Мы болеем серыми днями,
Перелётными птицами зим.
Кто поймёт — заболеет с нами
И не станет улыбаться другим.

Мы болеем пасмурным утром
И усталостью трудовых вечеров,
Что меняются на шарике круглом
Среди тысячи тысяч звезд.

Твоя жизнь спасёт другие жизни,
Если сможешь этого желать,
Делать выводы, искать,
В этом прочим помогать,
Взращивать такие мысли.

Твоя жизнь спасёт другие жизни
И поможет в трудный час
Тем, кто жизнь хранил для нас,
Кто не знает помощи сейчас,
Чьи поступки бескорыстны.

Ты управляешь своим миром.
Твой выбор — указатель на пути.
Что будет для тебя мерилом,
Кто будет пред тобою впереди —
Тебе решать. И это неизменно.
Ты свой предвестник, своя весть.
К тебе вернётся непременно,
Что ты решил сейчас и здесь.

Берите многое от жизни,
Не сомневайтесь и держите курс,
И отпускайте на волю мысли,
Чтоб с ними вместе испарился трус.

Берите многое от жизни,
Вы не успеете потом
Исполнить желания, что зависли,
Хоть даже финиш за углом.

От жизни вы берите много,
Но часть оставьте для других,
Кто с вами шёл довольно долго,
Кто будет помнить о делах твоих.

Настают седые времена.
Мы простимся с озорными днями.
Позабудем чьи-то имена,
Позабудем, где бывали сами.
Пепел зрелости застит глаза,
И поблекнут радостные трели,
Прохрипят чужие голоса
С наших уст из дряхлой шеи.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо?
Где свет воюет с войском туч,
Когда уносит ветром мысли в солнечное лето,
Где будет по утрам сквозь шторы солнца луч.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо,
Исследуя глазами горизонт?
Наверно, ты вверху с какой-то птицей где-то
Пернатою свободой покоряешь небосвод.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо?
В какую дверь стучится твоя мысль?
За чем ты следуешь по небосводу следом,
Не отвлекаясь на эту суету и жизнь?

Грядущее пугает всех живых.
Кто не боится неизвестного, лукавит,
И при себе свой страх оставит,
Чтоб быть другим в глазах чужих.

Не дразни меня словами,
Не грузи мой бедный мозг.
Не хвались успехами, делами,
Тем, что я уже не смог,
Тем, что я постичь не в силах,
Тем, что сделать не могу.
Богатырь, что был в былинах,
Меньше б вынес на горбу.

И куда таким деваться,
Что тоскуют в тишине,
И молчат, чтоб не бодаться,
Обитая на земле.
Не летят они к орбите,
Не хватают с неба звёзд,
А живут в мирке убитом
Без нытья, соплей и слёз.

Не дразни меня словами
И вещами не дразни.
За великими делами
Неприятное сквозит.
И за блеском достижений
Есть потери и обман,
Много неудач, сомнений
И судьбы скрытый капкан.

Что найдёшь, что потеряешь —
Всё моё, что дал Господь.
Если это понимаешь,
То не надо чушь молоть.

Отпусти меня насовсем,
Дай свободы от душного смрада,
Что довлеет над миром всем
Среди этого серого ада.

Отпусти меня навсегда,
Чтоб сгореть от жара светила.
В ярком пламени сгорит пелена,
Что глаза безразличием застила.

Отпусти меня до конца,
Окончательно и безвозвратно,
К первобытному миру Творца,
Где природа чиста и понятна.

Я ведаю тебя, покуда
Не сломит нас нелёгкая с тобой.
Живём обычно и не ждём мы чуда
И делим то, что накаркано судьбой.

Я ведаю тебя, покуда
Не забоюсь опасных перемен.
И как бы ни было нам трудно,
Мы не преклоним перед бедами колен.

Я ведаю тебя, покуда
Не пропадём в пристанище могил,
Где также не отпустим мы друг друга.
Я ведаю — из всех возможных сил!

Ты ненавидишь меня понемногу,
И каждый день усугубляет всё.
И как теперь забыть ту дорогу,
Где с каждым шагом забывается тепло?

Обиды, заточив ножи, глаза закроют
И дальше будут резать всё внутри.
Тоска и боль от безысходности завоют,
Всё повторяя: «В сторону других ты не смотри…»

Ты ненавидишь меня понемногу,
Ты любишь больше, может быть меня…
Что будет дальше, известно только Богу.
Надеюсь, что в любви останется семья.

Всё давно замело, не пройти как обычно.
Мы посмотрим кино, чтоб забыться привычно.
Непогода лютует, мир штормит и бросает на скалы.
Страх, незрячий, ликует, появляются ментальные травмы.
Возвращаемся в кому экранных сказаний,
Забываем дорогу, избегая наших страданий.
Всё давно замело, всё давно непонятно,
И вопрос «Для чего?» — без ответа стандартно.

Замело сугробами белыми,
Занесло неделями серыми.
Все цвета стали бледными,
Оживая закатами спелыми.
Оживают закатами спелыми
Все цвета, что были бледными.
Занесло неделями серыми,
Замело сугробами белыми.

Всё давно застыло в тишине, на режиме беззвучном.
Депрессивно накрыло в мире монохромном и скучном.
Упивается холод теплом наших ламповых дней,
Захватив наш город, взяв в заложники людей.
Надо проснуться, оставить в прошлом свои копии.
Пусть к чертям свихнутся все логические мира утопии!
Мы посмотрим в окно — за окном всё привычно.
Всё давно замело, не пройти как обычно.

Замело сугробами белыми,
Занесло неделями серыми.
Все цвета стали бледными,
Оживая закатами спелыми.
Оживают закатами спелыми
Все цвета, что были бледными.
Занесло неделями серыми,
Замело сугробами белыми.

Всё в снегу в городах.
Я попал в белый плен.
Мёрзнут пальцы на руках,
Поднимаюсь с колен.

Скользкий лёд подо мной
Мне мешает пройти.
Снова бьюсь головой
Об оковы пути.

Не сковать вам меня
Колким холодом зим.
Не хватает огня,
Что в себе потушил.

Но искрится душа
И поёт вопреки.
С ней поёт тишина,
Исчезая вдали.

Не сковать вам меня
Мокрым холодом льда.
Здесь петляет стезя
Моих бед череда.

Здесь надрывно хохочет,
Скалясь, тоска.
Отраженье пророчит
Эпох времена.

Люби меня быстрее,
Пока стучится где-то
Тревожно в путах сердце,
Разбуженное кем-то.
Пока смеются мысли
И жаром пышет тело,
Дела в узде повисли,
И смерть глядит несмело.

Люби меня нещадно
И обнимай почаще,
Но только не парадно,
Пусть будет и не слаще.
Прими меня в объятья
Всё целиком, с обменом.
Забудем все понятья,
Оставим след на белом.

Люби меня, как можешь,
Пока остались силы,
Пока в пучине тонешь
Иллюзий и рутины.
Давай любить скорее!
Давай любить сильнее!
Люби меня быстрее!
Люби меня быстрее!

Не проси меня стать другим.
Сам себя убедить я не смог.
Мы боимся вещей, которых хотим,
Мы скрываем истинный слог.

Как же стыдно иногда вспоминать
И поспелым румянцем краснеть.
Только прошлое смогло меня воспитать,
До последнего с ним пить и петь.

Где-то там останутся тлеть
Все обрывки изжитых страниц,
На которых я смог что-то успеть
Невесомым пером вольных птиц.

Остальное где-то там, под землей,
Непонятным зерном прорастет:
Может древом, а может сорной травой,
Что плодов никогда не даёт.

Не проси меня стать другим.
Я останусь таким же опять —
Непонятным для прочих, циничным и злым,
Продолжая себя убеждать.

Всё меняется в мире большом,
И теперь ритм жизни другой.
Отступаю частенько с холодным умом,
Оставаясь при этом собой.

Позади — бурелом и заросшие тропы.
На привале согреет горячий чаёк.
Путь дальнейший промок от дождливой погоды,
И конца не видать, на исходе паёк.

Мы блуждали по чащам, голосили мы эхом,
И от смеха рвалась реальность глуши.
Воровали глазами, что скрывалось под снегом,
И кричали надрывно от всей русской души.

Находили места, где стоянка возможна,
Находили места, где жить — не тужить.
Нам сниматься с насиженных мест было сложно,
Только путь свой и дальше торить мы должны.

Где последний привал случится нежданно?
Сколько вёрст мы проложим скитальцам другим?
Сколько раз к роднику припадём устами мы жадно?
Сколько раз в небо взмоет костров наших дым?

Где-то ответы найдём, потеряем мы смыслы,
Где-то вопросы останутся тлеть фитилём,
Пока бродим по тропам сквозь заросли жизни,
Бесконечно шагая ночью и днём.

И за нами тропа превратится в дорогу,
По которой пройдут потомки пути.
Мы ведь тоже в начале шли по ней, строго в ногу,
Перед тем, как своим маршрутом пройти.

Когда я стану взрослым до конца,
Стареть быстрей начну я сразу.
Весёлая улыбка пропадёт с лица,
И не восполнить ту пропажу.

Когда я стану взрослым наконец,
Наверное, привыкну я к потерям.
Уснёт надолго сорванец,
Который время проводил с весельем.

Когда я стану взрослым, может быть,
Учить других начну и наставлять,
Но бережно и иногда с улыбкой хоронить
То прошлое, что никому не надо знать.

Мне б прорости сквозь твёрдость камня
Зелёным стеблем, чтоб увидеть свет,
На синем фоне яркий круг, как знамя.
Теплом насытит солнечный привет.
И надышаться жизнью-кислородом,
Забыв про нескончаемую ночь,
Что укрывала год за годом
Пока корнями я вгрызался в земную плоть,
Пока я жадно впитывал, питаясь,
И каждую секунду креп и рос
И в ширь, и в глубь всё больше, разрастаясь
И поднимаясь выше будто бы колосс,
Чтобы увидеть Божий свет скорее,
Почувствовать ветров спокойный бег
И дотянуться до неба, где ещё светлее,
Где я забуду, что я всё же человек.

За горизонтом перспективы,
Чтоб дотянуться, надо много сил.
Держать в узде эмоции и срывы
И бить по слабостям, что ты не победил.

Уверовать в возможности непросто,
А отпускать на волю страх-легко.
Когда не видишь продвижения и роста,
Ты опускаешься с вопросами на дно.

Стой на своём, бери измором,
Поверь в себя, поверь в свои слова!
Реальность дрогнет под напором
И ты союзников услышишь голоса.

Я открываю свои в двери
И приглашаю вас к себе.
Пусть все увидят, кто не верит,
Как звук родился в тишине.
Как новый мир, рождённый кем-то,
Вдруг начинает просто жить.
И нет здесь тайны, нет секрета,
А лишь желание творить.

Люди любят говорить о себе,
Говорить в чужие уши.
Что не задержалось в голове
Оставалось б там и дальше лучше.
С языка летят слова,
Превышая все лимиты.
Столько сказано ненужного зазря.
Те минуты не вернуть, они убиты.

Мы заражаемся эмоциями от прочих-
Людей, что не скрывают громкий крик,
Свой гнев и злость и до обид охочих,
Нам стоит опасаться в этот миг.
Легко поддаться всякому настрою
И выплеснуть на волю все слова,
Которые разделишь ты потом с тоскою,
И за которые так стыдно нам всегда.
Куда приятней заразиться добротой
И радостью светиться, улыбаясь,
Любовью поделиться, подарить покой,
Блаженно в счастье растворяясь.
Всегда цените рядом человека-
Невольного свидетеля, попутчика судьбы,
Который заболеет вашим эго
Или эмоциями, что испытать смогли.

Ты ищешь утешение в других,
И ожидаешь помощи от прочих.
Как много в этом мире злых
И мало добрых, и простых, без заморочек.
Кто обеспечит тебе жизнь
Без заунывных рассуждений.
Найдешь такого и держись.
Беги от этих убеждений.

Эти странные люди мешают всем жить.
Не могут просто отдать и поделиться.
Надо быть добрее и проще быть.
С донатами скорей определиться.

Что заработано случайно без труда,
И так уйдёт на дно морское.
И мнимая, как маска, простота
Переродиться во что-то алчное, другое.
Ты ищешь добродетели за так,
Но не прилипнет ценного ни грамма.
С трудом пришедшее прячет люд в кулак
И этим кулаком огреет лодыря и хама.

Эти странные люди всем дорожат.
За добро добром отвечают, как могут.
Просто так отдавать своё не спешат.
Тем, кто правда в беде, они точно помогут.

Одна ошибка на двоих.
Орёл безглавый не взлетит.
Кого в лицо, кого под дых
Ударит случай, и рутина закипит.
Кто похоронит нас с тобой,
Оставшись в тишине квартир,
Кивая на портреты головой,
А кто на них, уже забыл.
Ошибки оживут опять.
И сколько их делить потребно?
И сколько надо сверху взять,
И жить, как ворон, незаметно.
Орёл пока ещё парит,
Но безголовым будет проще.
Орёл безглавый не взлетит,
А курица будет бежать подольше.
Расправив руки, словно ветви,
Растём мы постепенно в высоту.
Мы приручаем птиц и ветры,
Чтоб оттолкнуться поутру.
И не вернуться в эти дебри,
Где смысл на вымысел похож,
Где жизнь живём в полосках зебры,
Где к горлу птиц приставлен нож.

Покрыты мифы тишиной,
И пылью припорошено былое.
Другое время и удел за пеленой
Веков прошедших, как пятно слепое.

Всю правду ведает лишь Бог,
А суета рождает лжи потоки.
И шаркает босая средь дорог
Та справедливость, что бросается любому в ноги.

За истиной уже и не пойдут.
Тот путь тернист и до смерти опасен.
И чтоб облегчить мыслей труд
Нам дали карту, где правды путь не ясен.

Ржавые кони скачут по полю.
Ищут свободу в русских полях.
И к горизонту рвутся на волю,
Оставив уют где-то там в деревнях.

Топчут копыта луга заливные,
Бьют по земле, оставляя следы.
Паром исходят тела молодые,
С пылающим сердцем без страха внутри.

Ржавые кони скачут по полю,
Солнце устало прячется в рож.
Были сильны, с пылающей кровью,
К закату осталась немощная дрожь.

Стареет отражение в оправе,
И постепенно блекнет взор,
И не бодрит уже в стакане
Весёлого вина глоток.
Всё больше вспоминаем о прошедшем,
О людях: кто остался, кто ушёл.
О чём-то незначительном и незаметном,
Что мимолётным кто-то счёл.

Мерцает монитор… В рабочем порядке проходят недели,
Пока не глохнет наш мотор.
Идём вперёд. Пройти уже сумели.
Заводим скучный разговор.

Мерцает монитор…Всё длится как придётся.
Бывает смех и шок, бывает вздор,
Бывает небо солнцем улыбнётся,
Бывает достаем обратно из могилы наш топор.

Мерцает монитор… Всё больше вечереет.
Был утром день на победы скор,
Теперь плетётся, будто бы болеет,
Сбежав с улыбкой с корпоративных гор.

Мерцает монитор… Уже мерцает долго.
И дни прошли, и люди поменялись с некоторых пор,
А он всё также мерцает одиноко.
Хотя всего лишь мерцает монитор.

На стуле день проходит снова,
Не смог оставить он свой трон.
В окно глядел как менялась форма
Миропорядка за окном.
Прошла толпа, роняя звуки,
Вбивая ритм в глухой асфальт.
Кричали рты, кидали руки,
Пытались небо всё достать.
Потом проехали машины,
Перетирая пыль и грязь.
Их бронированные спины
Дрожали, будто бы смеясь.
И с ними в такт дрожали стёкла,
Как будто содрогался мир.
Из века в век одна дорога:
Войн и конфликтов с паузой на жизнь.

Чирикаю тихонечко
И прожигаю дни.
Условия на троечку,
Но лучшее впереди.
Придёт когда-то звездный час
И буду жить на пять.
А поднимусь с дивана сейчас
Смогу и десять взять.

Смогу и десять взять.

Я знаю как поднять бабла
И бизнес замутить.
Вся жизнь кокая-то игра,
Умей играть и жить.
Тут главное себя не слить
И придержать запас,
Энергию свою хранить,
Чтоб сдюжить в трудный час.

Чтоб сдюжить в трудный час.

Не странно, нет
Это мой бренд.
Со мной мой бэенд,
Я давно вошёл в этот тренд.
Смотри мой контент.

Контент.

Включаю голову смотрю
Отличнейший контент.
Кого угодно научу
Использовать момент.
Мне на подмогу GPT
И не придёт беда.
Я программист своей судьбы,
Ответ найду всегда.

Ответ найду всегда.

И мне не нужно ничего
Лишь только сеть, вайфай
И хавчека на одного
С доставкой через край.
Не интересен внешний мир
Я всё о нём узнал.
Не надо было бы в сартир
То я бы не вставал.

То я бы не вставал.

Не странно, нет
Это мой бренд.
Со мной мой бэнд,
Я давно вошёл в этот тренд.
Смотри мой контент.

Контент.
Контент.
Контент.

Когда пройдут унылые метели,
Уйдёт последняя капель,
Закончатся холодные недели
И пробудится птичьих голосов трель.
Когда зелёные поляны
Призывно будут шелестеть,
И даже растревоженные раны
Готовы будут потерпеть,
Чтоб надышаться сладостным простором
И потонуть в эпических пейзажах.
Сдать бастионы под напором,
Сгорая в сочных, красочных пожарах.

Свинья беседует о главном:
«Что будет править миром на века?
Обжорство будет править этим балом,
А голод лишь тревожить иногда.
Сожрать поболе и почаще,
Жевать, глотать, хватать слюнявым ртом,
Утроба будет урчать слаще,
Все прочие заботы на потом.
Весь мир - столовая и кухня,
Большой, огромный шведский стол.
Скорей хватай пока всё не протухло,
И не свалилось всё на пол!
Хотя и с пола можно отобедать,
Коли совсем мы будем голодать.
Что будет завтра не изведать,
Пока ты можешь, надо жрать.
Всё поглотить пока не получилось,
Но если надо и луну пожрём».
Так мудростью своей свинья делилась,
Пока её не подали гостям на стол.

Что я могу тебе сказать?
Как жить? Я сам ищу ответы.
Стараюсь понемногу доказать,
Что мы творим отчасти многие моменты.
Одно скажу - не оскверняй уста.
И маленькая ложь отравит море правды,
На волю выпущенные скверные слова
Слезой вернутся в качестве награды.
Ты будь честна, живи своим умом,
Цени семейные минуты и мгновенья.
Не поджидай удачу за углом,
Твори свой путь, в себе ищи ты вдохновенье.
Что я могу тебе сказать?
Как жить? Я сам ищу ответы.
Господь поможет тебе их тоже отыскать,
И своим деткам так же будешь раздавать советы.

Голос зовёт по имени тихо,
Робким шёпотом, тень имени будто.
Прозвучало и где-то в груди притихло,
Липким страхом холодея паскудно.
Чей это голос, кто взывает, откуда?
Что вопрошает безжизненным льдом?
Будто крадётся, жив покуда,
Тот, кто именем сим наречён.

Голос зовёт могильным дыханьем,
Будто ветер осенний сквозит,
И шелестит опавшим скитанием
Листа медного, что под ногами лежит.
Голос зовёт иногда на рассвете,
Чаще ночью, бывает во сне.
Как хорошо, что его не услышат дети.
Как хорошо, что он пока вдалеке.

Друг за друга держимся,
Летим, идём, плывём.
Когда-нибудь мы сверзимся
И часть себя убьём.
Мы - птицы перелётные
С домашним очагом,
Смешные и залётные,
С непонятым душком.

Мы ищем вместе берега,
Где нет предела горизонту,
Куда прибьёт опять волна,
Ударит суша вновь по борту.
Мы ищем крылья средь камней
И море в пепельной пустыне.
Найдём тот берег поскорей,
Пока ты помнишь моё имя.

Забудутся обиды,
И смоет всё волна,
Мы хмелем вновь подбиты
И веселы сполна.
Меняются сюжеты,
Сокровища нас ждут,
Достанем пистолеты,
Пираты в бой идут.

Мы ищем вместе берега,
Где нет предела горизонту,
Куда прибьёт опять волна,
Ударит суша вновь по борту.
Мы ищем крылья средь камней
И море в пепельной пустыне,
Найдем тот берег поскорей,
Пока ты помнишь моё имя.

Осталось немного. Время стремится к пропасти,
Толкает на необдуманный шаг.
Странная судорога, от ожидания ломит кости,
Лопаются капилляры, сжимается с силой кулак.
Последний отсчет, он так часто блефует
И превращается в очередной, что прошёл.
И важность упущена, а сердце тоскует,
Что этот момент только ты важным счёл.
Осталось немного. Все через это проходят,
А после смеются, сбросив нервную дрожь.
А те, кто молчат, в своих помыслах бродят,
А может и в пропасти и их не спасёшь.

Слова. Одни слова так много значат,
Когда на грани этих дней
Все о тебе безудержно судачат.
От этого тебе не веселей.
Когда актёрское притворство
Сойдёт на нет, всё обнажив,
Слова помогут тебе просто,
А может нет, тебя похоронив.
Когда взирая на молчанье,
Ты будешь ждать крылатых слов,
Но вместо них услышишь ты отчаянье
И тяжесть ощутишь оков.
Слова. Одни слова так много стоят.
И, метко сказанные раз,
Спасут и в будущее дверь откроют,
Которое словами ты творишь сейчас.

Зачем всё это лето
И ветра шелест в поле,
Когда закрыто где-то
Сердечко в злой неволе?

Зачем судачат птицы
И дождик моросит,
Когда в руках убийцы
Сердечко не стучит?

Зачем искрится солнце
И гром стучит в набат,
Когда на дне колодца
Сердечко ждёт закат?

Зачем поются песни,
Смеётся люд вокруг,
Не стало сердца если,
Взорвалось оно вдруг?

Зачем всё это надо?
Кому всё это нужно?
Сердечку так погано,
Что предали все дружно.

Сердечко пострадает,
Пощемит и замёрзнет.
Никто и не узнает,
О чем же сердце сохнет.

Так много суеты и бесполезных дней,
Плывём по течению за светом огней.
Мы обжигались не раз, такой уж наш удел.
Что не прочувствовал кожей, понять и не сумел,
Что не увидел глазами, то не ухватил,
Что не сказал ты словами, то в уши других не вложил.
Зудят ожоги ошибок, внутри съедает жар.
На месте быть невозможно, когда есть шанс на удар.

Кто одолеет себя пройдёт вперед далеко.
Кто одолеет других сможет взлететь высоко.
Но если путь твой забыть и предана честь,
Любые достижения всего лишь грубая лесть.
Свобода в сердце и ветер зовут забыть про всё,
Но кто забыл потом старается обрести своё.
Давай шагать постепенно и верить в горизонт
И оставаться собой, чтобы достичь своих высот.

Вороньё зовёт за окном,
Лай собак прогоняет дрёму,
Дождь недавно стучался в дом,
Омывая раны старому клёну.

Ветер грозно шипит листвой,
Словно змей или пена морская.
Он уже не зовёт за собой,
Гонит прочь, всё сильней завывая.

Благо день за окном ещё есть.
Страха нет, одно предвкушение.
Будто ждут небеса грома весть,
Чтобы вздрогнул мир на мгновение.

Маленький мир спокойных иллюзий,
Что стоит на границе реальности дней.
Калейдоскоп из радостей и контузий.
Без врагов и верных сердцу друзей.

Маленький мир не продержится долго.
Внешний мир поглощает испуг.
Ты выходишь за дверь, недоверчиво смотришь и строго,
А там...люди, люди, люди, люди вокруг.

В пустоту летят слова без разбора,
Аргументов осталось лишь несколько штук,
Чтоб крутить педали колеса до упора,
Нам нужны люди, люди, люди, люди вокруг.

Маленький мир исчезает, забудутся грёзы.
Иногда возвращаясь фениксом вдруг.
Он дрожит, как от ветра трясутся берёзы,
От того, что люди, люди, люди, люди вокруг

В пустоту летят слова без разбора.
Аргументов осталось лишь несколько штук.
Чтоб крутить педали колеса до упора,
Нам нужны люди, люди, люди, люди вокруг.

Маленький мир наивных стремлений,
Что прячет нас, оберегая наш сон и досуг.
Не остановит в жизни никаких движений,
Его создают люди, люди, люди, люди вокруг.

В пустоту летят слова без разбора.
Аргументов осталось лишь несколько штук.
Чтоб крутить педали колеса до упора,
Нам нужны….

Тревожится нельзя,
Нельзя бежать от страха.
Внизу твоя земля,
Ждёт небо крыльев взмаха.
Мы взращиваем крылья,
Покуда живёт вера.
Не падай от бессилья,
Пока не решена дилемма.
Пока искрится воздух
И спорятся дела,
Пусть сильным будет дух,
Спокойной голова.
Тревожиться нельзя,
Нельзя бежать от страха.
Держи в руках себя
И не сбавляй своего шага.

Это время – предтеча, и дальше будет трудно.
Идёт дождь, где был град, за окном ночь, где было утро.
Где смеялись люди - крики плач и стоны.
Где росли цветы - проходят маршем колонны.
Где играли дети - воронки от снарядов.
Где зеленела трава - черная плешь от напалмов.
Где стрекотали насекомые - стрекочут автоматы.
Где побратимы были - теперь воюют солдаты.
Это время – предтеча, и дальше будет трудно.
Легко только тем, кто живёт безрассудно.
Легко только тем, кто не чувствует больше,
И тем, кто сделал выбор, конечно, жить проще.

Ничего не надо говорить.
Сделай вдох и отпусти.
Каждый повод может злить,
Проще иногда сказать: "Прости".
Пусть слова умеют жалить,
Словно стаи хищных ос.
Главное суметь оставить
Позади всю эту злость.
Надо человеком оставаться,
Полюбовно всё решать,
От упрёков отказаться.
Легче станет нам дышать.

Рабочий класс просыпается всегда устало.
Только просыпаешься, а тебя уже всё достало.
Твой день превращается в круглогодичный кошмар,
Либо ломаешься, либо держишь этот удар.
Вокруг поучают как надо жить,
Как надо откладывать и до лучших времён хранить,
Как надо добиваться, с кого брать пример.
Говорят, что наверх пробивается кто упрям и смел.
А что там наверху какое-то желанное место?
А как внизу прожить никому неизвестно?
Сверху смотрят мажоры, как на какой-то зверинец,
Где обычный человек выдает рекорды, словно олимпиец,
Где добывают деньги, чтоб прокормить деток,
Где падают от усталости и смотрят на мир сквозь решетки клеток.

Так не хочется вставать,
На работу убегать.
Нет, я вовсе не бездельник.
Просто это понедельник.

План намечен, только в бой.
Всё успеем мы с тобой.
На работе, как затворник.
Вот такой вот этот вторник.

Вот среда уже настала,
Все намаялись немало.
Время быстро пролетит,
Ведь среда совсем не спит.

Скоро кончится неделя
И мы выйдем из тоннеля,
Чтоб увидеть Божий свет.
Надо лишь прожить четверг

Вот настал конец работе,
Смело движемся к субботе.
Всё! Бросаем мы дела.
Просто пятница прошла!

Если утром встали рано,
До конца лежим упрямо.
Нас не ждёт с тобой работа,
Наконец-то вот суббота!

Настоящий выходной,
Жаль, что он один такой.
Не хватает для веселья
Пару-тройку воскресенья.

Друзья, мы разные в едином,
Едины в разном, одинаковы ничуть.
Живём порою мы порывом,
Забыв про замысел и суть.
Друзья, прекрасны все различья,
Тревоги тоже неравны,
И разные границы у приличья.
А мы все так же вместе и дружны.

Плачет небо за окошком,
На душе скребутся кошки.
Бьются мысли в черепушке,
Кто-то воет на опушке,
Кто-то ищет в переулке,
Кто-то связан, заперт в дурке,
Кто-то смотрит на окошко
И кому-то просто тошно.
Ну а небо также плачет,
И его никто не спрячет.
Слезы будут капать снова,
Дождь как раз пойдет для фона.
Свет потух, и тьма настала,
Чернотой ночь напугала.
Ну а мысли также скачут,
Мышцы дружно отдых клянчат.
Всё, довольно перегибов,
Боли сильной от ушибов.
Всё забудется опять,
Надо просто пойти спать.

Последние ноты услышат руины.
Здесь не останется кому горевать.
Земля разровняет свои морщины,
Когда не будет кому воевать.
Последние звуки пропитаются в почву
И в ней же останутся зелёным зерном.
И будет тянуться всегда днём и ночью
Новая жизнь упрямым ростком.

Где доброта? Ещё вчера тут пела
И признавалась всем в любви,
И над словами так корпела,
Чтоб не сказать какой-то ерунды.

Она повесилась вчера,
С любовью крепко выпивая,
И слезы капали в бокал вина.
Кричала с злостью, в петлю полезая.

А где любовь? Я помню, как робела,
Вздыхала и краснела невпопад.
В мечтах куда-то все летела,
И признавалась на свой лад.

Она вчера пустила себе кровь,
Не вынесла злой доброты.
И повторяла вновь и вновь,
Что ненавидит всех, и мы ей не нужны.

Все это видела надежда
И разнесла дурную весть,
Но обещала, что воскреснут, как и прежде.
Так было много раз, что и не счесть.

Она твердила бесконечно.
Все ей поверив, ждали доброту,
Изголодавшись по любви сердечной,
Убийцу слушали, не поняв, что и к чему.

Давай уже уедем далеко отсюда.
Забудем про слова и голоса.
Ведь где-то там нас ждёт с тобою чудо.
Это круто! Того возможно желают небеса.
Давай начнем с тобою всё сначала
И заново пройдём мы эту реку вброд.
Хоть наша песня ещё не доиграла.
Не перестала! Сыграем мы другой аккорд.
Давай уедем далеко отсюда,
Как будто потеряли память прошлых лет.
Идти всегда вперёд, я знаю, трудно,
Но нужно, ведь без движения нет побед.

Ты приходишь ко мне по ночам,
И ты даришь букеты снов.
Только я давно уже так пьян,
Не смогу связать и пару слов.
Ты останешься грустить,
Вдохновляя мою немоту.
Ты поможешь мне себя простить,
Я один простить не смогу.
А когда отступит ночь,
Ты исчезнешь среди фонарей.
И с тобой уйдет всё прочь,
Но похмелье станет сильней.
Приходи погостить опять.
Может я смогу протрезветь.
И смогу хоть что-то понять
В этой жизни и что-то успеть.

Я выгораю до конца,
Но не закончилась игра.
Согреть других я не могу.
Куда таким я добегу?
Я превращусь в холодный лёд,
Не зная чувств, других забот.
И потихоньку доживу,
И ледышкой мёртвой я усну.
Бывает ярко полыхнет,
Быть может пару раз за год.
Потом опять холодный лёд,
Я спрячусь под землей, как крот.

Мы опускаемся на дно,
Куда попасть всем суждено,
Где больше не страшна волна,
Где укрывает тишина.

Бушует буря где-то наверху.
Ты не уйдёшь, я не уйду.
Ты обними меня скорей,
Мы взаперти и без потерь.

Когда наступит тишина,
Поговорим глаза в глаза.
Давай споём про солнца свет,
Что греет мир так много лет.

Настанет время отпустить,
Покинуть дно и дальше жить,
Ловить опять свою волну,
Создать свой свет, что режет мглу.

Не обойдёт всё стороной,
И мы услышим бури вой,
Нам потерять всё суждено,
Я не один пойду на дно.

Мы опускаемся на дно,
Куда попасть всем суждено,
Откуда все начнут свой путь,
Но рядом с кем-то. В этом суть.